Лис Улисс [= Лис Улисс и клад саблезубых ] - Фред Адра

— О разных вещах… — уклончиво ответил Кирилл.

— А точнее?

— Сейчас… — тянул время Кирилл. — Очень много всего, я пытаюсь выстроить какой-то порядок.

— Давай, я тебе помогу, — предложил брат Нимрод. — Они пели про карты?

— Да! — обрадовался Кирилл. — Пели про карты!

Брат Нимрод всем телом, как перед прыжком, наклонился вперед.

— Что они пели про карты?

— Что-то про козыри, — замялся Кирилл. — Что бубна бьет пику… Или наоборот.

— Это не те карты! — рассердился барс. — Меня интересуют карты местности!

Кирилл поежился.

— Они про это и пели… — сказал он. — Что карта местности нанесена на игральную карту…

— Вот как! — возбужденно воскликнул брат Нимрод. — Подробней! На какую карту? Где она находится?

— Про это они не пели…

Барс разочарованно хлопнул ладонью по столу.

— А про что еще они пели? Про Анжелу пели?

Кирилл вздрогнул.

— Про какую Анжелу? — хрипло произнес он.

— Про ту самую, — ответил брат Нимрод. — Про твою ученицу.

— Не пели, — твердо ответил Кирилл. — А почему они должны были петь про Анжелу?

Но барс не удостоил его ответом.

— И про сны не пели? — спросил он вместо этого.

— И про сны не пели, — сказал Кирилл.

Брат Нимрод откинулся на спинку стула и скрестил на груди передние лапы.

— Кирилл, я недоволен. Я что, должен вытягивать из тебя информацию клещами? — брат Нимрод покосился на муляжи пыточных инструментов. — Ты сам должен мне ее предоставлять!

— Я бы и рад, — как можно убедительнее заверил Кирилл. — Но все не запомнишь…

— Мне казалось, ты способнее. Тебе выпала такая честь — быть моими глазами и ушами. А что получается?

— Я не подхожу, — сказал Кирилл, надеясь, что барс считает так же, и этот шпионский кошмар сейчас закончится. Но не тут-то было.

— А я все-таки в тебя верю, — произнес брат Нимрод. — Тебе просто не хватает опыта.

— Не хватает, — удрученно согласился Кирилл, понимая, что быть ему шпионом и дальше.

— Ну, вот что. Записывай все, что происходит в доме объекта, на магнитофон, — велел барс. — А записи приноси мне.

Этого только не хватало! — испугался Кирилл. Где он возьмет эти записи? Надо срочно что-то придумать.

— Так точно! — воскликнул он. — Отличная идея! Я принесу вам записи, а вы сами послушаете, и тогда будете уверены, что я ничего не забыл. А на прослушивание записи, скажем, за сутки, вам понадобятся всего сутки.

Как он и рассчитывал, эта мысль брату Нимроду не понравилась.

— Я передумал, — сказал барс. — Не записывай на магнитофон. Записывай лучше в блокнот. А затем рассказывай мне самое важное.

— Будет сделано! — с облегчением пообещал Кирилл.

Брат Нимрод встал, подошел к окну, отодвинул гардину и стал спиной к Кириллу, поглядывая на улицу.

— Помни, Кирилл, — сказал он. — Ты занимаешься делом величайшей важности. Делом, угодным Сверхобезьяну и всему братству. И если ты не оплошаешь, твое имя будет вписано золотыми буквами в список героев, приблизивших приход Сверхобезьяна…

Шимпанзе уныло слушал эти пафосные речи, думая, что лучше бы брат Нимрод рассказал о сути дела. И вдруг Кирилла осенило. Он кинул взгляд на барса и, убедившись, что тот уставился в окно, быстро вытащил из кармана своего маскировочного рабочего костюма жучок и прилепил его с внутренней стороны стола. Этот поступок его самого удивил, но почему-то казалось, что все правильно — так и надо.

Брат Нимрод вернулся к столу.

— Что же, Кирилл, возвращайся на пост, — велел он.

Шимпанзе с ужасом вытаращил глаза на барса. Тот недовольно поморщился и нехотя разрешил:

— Ладно, поспи часок-другой… Три-четыре. Этого более, чем достаточно. И за работу! Все понятно?

— Понятно, — ответил Кирилл. Он встал и направился к выходу, но у самой двери его окликнул брат Нимрод:

— Кирилл! И не вздумай тратить время на посещение своей подопечной рыси! Имей в виду, я запретил тебя к ней пускать.

В этот момент кабинет брата Нимрода наконец показался Кириллу мрачным. Шимпанзе ничего не ответил, стиснул зубы и вышел в коридор…

Берта собиралась вновь сбежать с уроков. Не могла же она допустить, чтобы поход в магазин маскарадных костюмов состоялся без нее! И вообще… Какая школа, когда такие дела творятся!

После ночной авантюры Берта чувствовала себя окрыленной. Бенджамин Крот на крючке, это совершенно точно. А как ее хвалили друзья, и особенно сам Лис Улисс! Ох, как он ее хвалил! К тому же играть роль крутой агентши Самой Секретной Службы — вот это дело для нее. А разве крутые агентши ходят в школу на скучные уроки? Да никогда в жизни!

На первой же перемене Берта отвела в сторонку лисицу Марианну и тихо попросила:

— Мне нужно сейчас уйти… Скажешь, что я заболела?

Марианна понимающе усмехнулась:

— Я-то скажу, конечно. Только сдается мне, что ты и правда заболела. Так и будешь пропускать школу каждый день?

— И ты туда же! Я ведь не просто так ухожу!

— А почему? Высокие чувства ведут?

— Ага, они самые! Угадала! — с вызовом ответила Берта.

— И их нельзя оставить на вечер? — поинтересовалась подруга.

— Не-а, никак нельзя. Мы с моим Улиссом собираемся прошвырнуться по магазинам. Прибарахлиться… А на это нужно время!

Марианна с показным равнодушием пожала плечами.

— Ладно, Берта, иди. Я все скажу, как надо.

— Спасибо! — обрадовалась Берта. Она чмокнула подружку в щечку, повернулась и понеслась прочь из школы, на свободу, не зная, каким завистливым взглядом проводила ее Марианна.

Но перед тем как отправиться с друзьями в маскарадный магазин, Берте предстояло еще одно дело. Бенджамин Крот на крючке, но его интерес надо подогревать. Поэтому, нацепив темные очки и превратившись таким образом в специального агента Самой Секретной Службы, Берта явилась к дому енота и принялась с загадочным видом прохаживаться у подъезда, время от времени останавливаясь, чтобы медленно обвести взглядом окрестности. Таким образом, становилось совершенно ясно, что лисичка не просто прохаживается, а выполняет Тайное Задание. Оставалось лишь надеяться, что в течение ближайшего часа судьба столкнет ее с Кротом.

И судьба подыграла ей, выведя Крота из дома на двадцать седьмой минуте операции. Археолог сразу заметил Берту и отвесил челюсть. Еще бы, он же всю ночь только и думал об этой тайной агентше. Несмотря на то, что лисица сейчас была в совершенно обычной одежде, а не в ночном совершенносекретнослужебном костюме, не узнать ее было невозможно. Археологическое сердце застучало сильнее, в пасти пересохло, и, набравшись смелости, Крот стал на пути Берты.